vitasov79


Я познакомилась с Митосом через Аманду. Прилетев в Париж,я шла по набережной Сены и,недалеко от Эйфелевой башни,вдруг увидела ее. Она стояла ,облокотившись о парапет и смотрела на воду. Обычно экспрессивная,деятельная Аманда удивила меня своей задумчивой созерцательностью. Я подошла и встала рядом.
- Привет,-сказала я,-мне нужен Митос.
Я думала,что Аманда резко обернется и окинет меня цепким,внимательным взглядом,но ошиблась. В ее позе и взгляде не изменилось ничего.
- Зачем?-просто и буднично спросила она.
- Я люблю его,-так же просто ответила я.
- Давно?
Аманда достала темные очки из кармана короткого,расклешенного плаща,и я машинально отметила про себя,что ей идет этот серый,стальной цвет. Я чуть замешкалась с ответом.
Около года.- И добавила после небольшой паузы:- Но он не знает об этом.
Тут впервые во взгляде Аманды появилось какое - то чувство. Скорее всего, это было удивление, смешанное с интересом. Она полностью повернулась ко мне, и я увидела на ее лице следы усталости.
- Меня зовут Дженни, - я протянула ей руку и одновременно с этим поняла,что предстоит самое трудное - соврать что - нибудь правдоподобное.
Аманда ответила на рукопожатие, но ждала хоть каких-то объяснений. И что - то в ее лице, взгляде, общем состоянии подсказывало мне, что сейчас ее удовлетворит любая история. Я прекрасно знала, насколько это не характерно для моей собеседницы, и вместе с мыслью о том, что мне почему-то повезло, тревожилась о состоянии Аманды.
- Впервые я увидела его год назад в одном кафе в Чикаго... - Я сделала небольшую паузу, - и сразу влюбилась. Думала, что больше его не увижу, и эта получасовая встреча так и останется первой и последней, но ,зайдя в это же кафе через пару дней, увидела его снова. Он был с другом. Кажется ,они были чем-то встревожены и разговаривали тихо, но я, сидя за соседним столиком, пару раз услышала, как его товарищ называл его Митосом. Так я узнала его имя.
Я старалась, что бы мой голос звучал наивно,но прекрасно отдавала себе отчет, что провести Аманду - авантюристку экстра - класса с трехтысячелетним стажем - это супер задача. В общем, я играла ва - банк, моля об удаче всех богов Олимпа. Тут Аманда неожиданно задала мне вопрос, то ли проверяя, то ли просто из любопытства:
- А как звали друга, ты не помнишь?
Я сдвинула брови, «стараясь вспомнить».
- Как-то на «М». Я целиком даже не расслышала, они на полутонах разговаривали, - кажется, Мак, а дальше я не помню.
Я стала сочинять дальше,опережая возможные расспросы:
- В общем, я пару раз в неделю видела его в этом кафе в течении месяца. Он был то один, то с кем - то, но заговорить я боялась. Садилась все время за разные столики, что бы не бросаться в глаза. Пару раз проследила за ним. Выяснила, где он живет и где живет его друг, тот,что на «М». Но на большее у меня не хватило смелости. А потом он исчез. Я спросила у хозяина кафе, тот сказал, что вроде бы Митос уехал, но он не знает куда. Кстати, когда я спросила о Митосе, хозяин сказал, что у него нет постоянного клиента с таким именем. Только после описания он понял, о ком идет речь. - А..., - говорит, - это вы об Адаме спрашиваете. Адам Пирсон. Ну, я особо не удивилась - может ,Митос его второе имя, или наоборот, первое. Мне все равно. Я всех друзей на уши поставила - не видел ли его кто -нибудь. И вот, неделю назад одна моя подруга позвонила из Парижа и сказала, что случайно зашла в небольшой бар где - то в районе Монмартра и увидела там Митоса. Она точно описала мне его и людей, с которыми он сидел за столом. Это был его товарищ из Чикаго и вы. Да - еще симпатичный молодой парнишка,Ричи, кажется. Я села в самолет - и сюда. Я как раз и шла в этот бар, но слегка заблудилась, и вдруг - вы. Я глазам своим не поверила. Ну, думаю, подойду. Терять - то мне нечего. Так что, вы уж простите меня, я ведь даже имени вашего не знаю - подруга не сказала, только описание дала. Вот так вот...
Я смотрела на Аманду преданным, щенячьим взглядом, не очень - то расчитывая, что она поверит во весь этот бред. Но, кажется, она поверила. В ее глазах появилась теплота. Она еще раз протянула руку, на этот раз представившись:
- Аманда. Так ты хочешь наконец - то познакомиться с предметом своей любви?
- Да, - я скромно опустила голову, - даже если он пошлет меня куда подальше. Я не могу больше так страдать.
Я подняла на Аманду глаза, полные слез:
- Пожалуйста, познакомьте меня с ним, я вас очень прошу.
Моя собеседница улыбнулась, как - то оживилась, и стала похожа на прежнюю Аманду.
- Хорошо, пойдем. Сведу тебя с ним.
- Но только не рассказывайте ему то, что я вам рассказала. Он сразу не захочет меня знать! - в моем голосе слышался неподдельный испуг.
- Не волнуйся, - голосом профессионала подбодрила меня новая знакомая, - скажу,что ты моя подруга.
- Спасибо, - облегченно выдохнула я, вложив в интонации всю благодарность, на которую была способна.
- Не за что, - легко ответила женщина.
Сначала, идя рядом с Амандой, я думала, что попаду прямо в жилище своего объекта, но, когда мы начали спускаться к воде, я поняла, что сейчас увижу то, что мне прекрасно знакомо - новая подруга вела меня на баржу Маклауда. «Значит, Митос там» - мелькнула в голове обжигающая мысль, и я почувствовала, как на самом деле боюсь живьем увидеть предмет своего вожделения. Прыгая вслед за Амандой по трапу, я внутренне напряглась, готовясь к встрече со знаменитым Горцем. Но когда, по обыкновению, без стука, моя непредсказуемая спутница распахнула дверь, на барже никого не оказалось.
- Заходи, не бойся, - Аманда взяла меня за руку и втащила внутрь.
- А где хозяева? - робко улыбнулась я.
- Дункан скоро подойдет, - сообщила Аманда, снимая свой серебряный плащ и плюхаясь на диван. - И, если тебе повезет, с ним придет и Митос. Иди сюда, садись.
Я все еще робко стояла на пороге, не решаясь спуститься на пару ступеней и наконец по - настоящему окунуться в мир бессмертных. Было волнующе и немного страшно, хотя я и осознавала свое преимущество перед ними: они не знают обо мне ничего, я знаю о них если не все, то многое. «Как отнесется ко мне Митос?» - думала я, - «скорее всего,никак.» Мнение Маклауда меня не слишком интересовало. Я уже сидела на диване, а Аманда,как гостеприимная хозяйка, приготовила нам лимонад. Тут снаружи послышался топот ног, и стакан слегка задрожал у меня в руке.
- Смелее, - шепнула мне Аманда и прошла им на встречу.
Первым, как ни странно, зашел Митос, за ним зашел Маклауд и закрыл дверь. Я остолбенев и по идиотски улыбаясь, смотрела на них, боясь шевельнуться.
- У нас гости? - Маклауд сбросил с широких плеч белое кашемировое пальто и внимательно посмотрел на меня. Очевидно, прочитав испуг на моем лице, он улыбнулся:
- Здравствуйте.
- Здравствуйте, - я кивнула ему и одновременно чуть стоящему поодаль Митосу, плеснувшему немного виски себе в стакан. На Митоса я вообще старалась не смотреть. Он кивнул в ответ, пригубив напиток, и не снимая длинного черного пальто.
- Аманда, представь нам свою подругу, - крикнул Дункан, чем - то гремящий на кухне.
- Конечно, - обворожительно улыбнулась та, и указав на меня широким жестом, торжественно и ласково произнесла:
- Это Дженни, моя подруга из Нью-Йорка. Она прилетела сегодня, и мы чудесным образом встретились с ней на улице. Представляете?
- Очень интересно. - Хозяин баржи вынес из кухни поднос с легкой закуской и поставил на журнальный столик.
Митос снял наконец пальто и уселся в кресло все с тем же стаканом в руках. Дункан предложил мне перекусить и вместе с тем представился:
- Меня зовут Дункан...
- Маклауд, - вставила Аманда и подмигнула мне, присев на подлокотник кресла, в котором сидел Митос.
...а моего друга зовут... - Маклауд замешкался и повернулся к Митосу: - Может, ты проявишь вежливость и представишься сам?
- Адам Пирсон, - чуть улыбнулся Митос, а Аманда похлопала его по плечу и опять подмигнула мне.
Я предвидела, что он назовется этим именем, и все же мне стало немного грустно: я любила его, как Митоса, того самого Митоса, что прожил пять тысяч лет ,не потеряв при этом себя самого, того Митоса,что был всадником апокалипсиса и врачом, воином и адвокатом, того Митоса,что терял близких и друзей, но находил в себе силы и мужество идти дальше. Я любила того самого Митоса, что привык жить среди потерь, но не утерял при этом смысла и ценности человеческой жизни. Аманда изящно скользнула с подлокотника:
- Пойду сварю всем кофе. Кстати, Дженни первый раз в Париже и хотела бы посмотреть город. Адам,ты лучше всех нас знаешь «столицу мира», составь Дженни компанию.
Митос вытянул ноги и склонил голову набок:
- Почему ты решила, что я буду самым лучшим гидом?
Аманда удивленно подняла брови, словно то, что она сейчас скажет, само собой разумелось.
- Потому что ты дольше всех живешь в этом городе. Ну, ладно, вы тут поболтайте, а я пошла варить кофе.
- Дункан, ты где? - крикнула Аманда уже из кухни.
(Думая о Митосе, я не заметила, что нашего хозяина рядом нет.)
- Я в спальне!
- Иди,помоги мне!
- Иду!
Мы сидели с Митосом в пустой гостиной друг напротив друга, и я думала: «Ну, вот, сбылась моя мечта - я вижу его наяву, мы даже одни - и что? Что дальше? Я не знаю, что ему сказать.» Моя мысль лихорадочно билась в поисках выхода, но находиться с тем, в кого влюблена, в одной комнате, дышать с ним одним воздухом уже было счастьем, и я сидела, оцепенев, чувствуя, как по телу пробегает сладкая дрожь. «Идиотка», - ругала я себя, но уже поняла, что мне придется отдать инициативу другим. На мое счастье, Аманда быстро вернулась, забрав со стола поднос с закуской, а через несколько секунд Дункан заменил его подносом с дымящимся кофейником и маленькими кофейными чашечками вокруг. Все стали пить прекрасный, ароматный кофе, и тут Дункан спросил:
- А где вы остановились в Париже, Дженни?
Я с ужасом в глазах посмотрела на Аманду, потому что только сейчас поняла, что за окном уже вечер, а идти мне некуда.
- Конечно, она остановится у меня, что за вопрос.
Я облегченно вздохнула , и тут заметила на себе чей-то взгляд. Не в силах поверить, я медленно отвела глаза от Аманды, но Митос уже смотрел в другую сторону.


- Ну, как тебе первая встреча с любимым? - спросила Аманда, когда попрощавшись с гостеприимным хозяином, мы вышли на улицу и побрели по набережной. - Я смотрю, ты была ни живой, ни мертвой.
- Да уж..., - я вздохнула. - Спасибо, что взяла меня к себе, честно говоря, я не подумала о ночлеге.
- Все нормально, - подруга дотронулась до моей руки, - влюбленность, мне знакомо это состояние, - и тут же рассмеялась, - ненавижу,когда я такая.
- Я тоже...
После небольшой паузы я спросила:
- Митос у Дункана на ночь останется?
- Наверное, у них какие - то дела. Только знаешь что, зови его лучше Адамом. Митос он только для близких, его может насторожить то, что ты знаешь его под этим именем. Мы ведь не рассказали им твою историю.
- Хорошо.
Мне стало стыдно перед Амандой: она бескорыстно помогала мне ,а я практически ее обманывала. Но что было делать?
- Аманда, ты думаешь Митос, то есть Адам, захочет завтра встретиться со мной?
- Можешь не волноваться, - деловито ответила подруга, - я все устрою. Ну, вот, мы и пришли.
Аманда открыла дверь в подъезде красивого трехэтажного особняка. Мы вошли в старинный, решетчатый лифт, и моя спасительница, щелкнув замочком дорогой сумочки, достала ключи.
- Жми на кнопку, второй этаж.

Когда утром раздался звонок в дверь, я еще спала. Не успела я открыть глаза, как услышала голос Аманды:
- Дженни! Адам пришел!
Она проводила Митоса в гостиную, и ,войдя в спальню, шепнула,приблизив лицо к моему уху:
- Видишь, как все здорово устроилось, мне даже уговаривать его не пришлось, сам явился.
И Аманда заговорщицки подмигнула мне. Я слегка ошарашено приподнялась на кровати:
- Господи, я же совсем не готова. Я не думала, что все так быстро...Что я ему скажу?
Аманда тихо рассмеялась:
- Заведи беседу о погоде, а там, глядишь, и дальше пойдет.
- Легко тебе говорить, - пробурчала я и поплелась в ванну, благодаря про себя проектировщиков этой квартиры за то, что на пути мне не пришлось проходить через гостиную.
Минут через 15 я была готова. Митос и Аманда пили кофе. Я присоединилась к ним.
- Благодарю вас, мистер Пирсон, что согласились быть для меня экскурсоводом.
Митос чуть улыбнулся:
- Зовите меня просто Адам. Кстати, об экскурсии, куда вы хотите пойти?
- Полностью полагаюсь на вас, - ответила я, наливая всем еще кофе, - покажите мне те места, которые вам хочется увидеть в первую очередь, когда после долгого отсутствия вы возвращаетесь в Париж.
- Хорошо. Но вряд ли мы уложимся в один день.
Я, кажется, слегка покраснела, и, улыбнувшись,промямлила:
- Я буду рада.
Как всегда, помогла Аманда:
- Когда мне ждать вас на обед? - она улыбнулась, собирая пустые чашки.
Я уже почти пришла в себя и, пожав плечами, ответила:
- Не знаю. Полностью вверяю себя расписанию своего гида.
Митос переместился в прихожую и одевал пальто.
- Если твоя подруга не возражает, мы перекусим где-нибудь по ходу маршрута.
Я тоже вышла в прихожую и взяла куртку.
- Я совсем не возражаю.
Аманда провожала нас:
- Ну, счастливой прогулки.
Она протянула мне листок бумаги:
- Дженни, тут два телефона - сюда и на баржу. Если вечером где-нибудь задержишься, звони.
- Хорошо, спасибо, - я убрала листок с телефонами в карман.
- А ты, Адам, не теряй ее, Дженни совсем не знает города.
Митос отдал Аманде честь, и мы вышли из квартиры.

Мы гуляли по Парижу уже два дня. По Монмартру и Елисейским полям, по Люксембургскому саду и площади Согласия. До головной боли и гудения в ногах исследовали Лувр и дворец Шайо, бродили по набережной Сены, восхищаясь величием старого Нотр-Дама и уходящей в века, но не несущей на себе их тяжести, красотой парижских мостов. Митос оказался не плохим гидом, и я узнала много интересных и порой забавных фактов из истории и современной жизни «столицы мира». Мне хотелось фотографироваться около каждого привлекательного уголка, а так как в Париже их много, то Митос подшучивал надо мной. Жаль только, что сам он фотографироваться не хотел, и мне приходилось делать это почти тайком. Ради одного удачного снимка с ним я готова была отщелкать целую пленку. Когда мы уставали, то заходили в первое приглянувшееся кафе (приоритет выбора Митос всегда оставлял за мной) и блаженно отдыхали, вытянув ноги и изучая меню, подаваемое без промедления любезными официантами. Перекусив, мы отправлялись дальше. В первый вечер Митос доставил меня к дверям квартиры Аманды в десять часов. Я была счастлива, что провела с любезным мне мужчиной целый день, но от пережитых эмоций и нашей долгой прогулки валилась с ног. Я опасалась, что Аманды не будет дома, но она ждала меня.
- Ну,как? - спросила она улыбаясь, когда засыпав Митоса благодарностями, мы наконец распрощались с ним.
- Потрясающе, - я, как подкошенная, рухнула на диван, раскинув руки и вытянув ноги. - Это было здорово! Мы очень мило и продуктивно пообщались. Знаешь, Митос забавен, и много мне всего рассказал. Я считала его более замкнутым.
- Да? - подняла голову подруга, ставя передо мной чашку с чаем, - это очень хороший признак.
Я вопросительно взглянула на нее.
- Это значит, что ты ему нравишься.
С этой неожиданной для меня, но счастливой мыслью, я пошла спать.

На следующий день вечером мы «зависли» в одном из ресторанов на Елисейских полях. Расставаться не хотелось, хоть и было уже одиннадцать часов. Я лениво потягивала пиво, Митос перемешивал кофе в маленькой кофейной чашечке.
- У меня идея, - проявил инициативу мой личный экскурсовод, - пойдем в гости к Дункану.
Я смешалась.
- Честно говоря, мне не хочется... Да и не удобно уже в такое время.
Митос исподлобья бросил на меня быстрый взгляд.
- Ну, тогда ко мне?
Тут я просто растерялась, не ожидая такого поворота и не зная, как поступить.
- А...что мы будем делать? - задала я довольно глупый вопрос, неосознанно стараясь потянуть время и принять какое - либо решение.
С одной стороны, ради этого я и пустилась в эту авантюру, в это довольно рискованное предприятие, перейдя из одного мира в другой, но, в то же время, я не ожидала, что все пойдет так быстро, не ожидала,что Митос обратит на меня внимание, и поэтому не была готова к такому повороту. Эти два дня я просто наслаждалась тем, что есть, не заглядывая через плечо летящему времени. Мне не хотелось упустить шанс, но и не хотелось, что бы Митос как-нибудь не так обо мне подумал. Мои сомнения качались в разные стороны, как маятник, но, в конце концов, жажда жизни победила. «Какого черта, ведь я за этим и появилась здесь, и, вполне вероятно - это единственный подходящий случай», - подумала я, мысленно махнув на все рукой. Отодвинув пустую кружку, я хлопнула по столу рукой и ответила ждущему моего решения мужчине:
- Пошли.
Мы расплатились и вышли из ресторана. Прогулявшись по ярко освещенным Елисейским полям, мы свернули в темный переулок и, пройдя еще два квартала, оказались перед домом Митоса. Это был стильный двухэтажный особняк, в числе прочих составляющий неповторимое лицо Парижа. Честно говоря, мне было страшно оставаться один на один с мужчиной, чья орлиная красота, уживающаяся с повадками волка-одиночки ,приводили меня в состояние легкого мандража, а мысль о том,что его загадочная жизнь уходит,как глубокий колодец, в глубину пяти тысяч лет, вызывало чувство восхищения, граничащего с суеверным трепетом. К тому же, вести себя с ним мне нужно было как ни в чем ни бывало, нельзя показывать, что я знаю тайну его жизни. В общем,сама напросилась. Отступать уже поздно. Мы поднялись на второй этаж, и Митос распахнул дверь своей квартиры:
- Добро пожаловать.
- Спасибо.
Я неловко протиснулась мимо хозяина и очутилась в комнате. Это была скромно, но со вкусом обставленная гостиная. Я сразу обвела ее взглядом, надеясь обнаружить дневники Митоса, древнейшего бессмертного, запечатлевшего на бумаге живую историю. Конечно, я понимала, что не смогу там почти ничего прочитать - записи велись на древних языках - но мне хотелось хотя бы прикоснуться к ним, священным страницам нашего прошлого. Понятно, что автор не будет держать такие вещи на виду, но и спрашивать об этом нельзя. Митос помог мне снять куртку и предложил присесть.
- Выпьешь что-нибудь?
- Может быть, вина...Красное, если можно.
Митос открыл небольшой бар, налил мне вина, а себе плеснул виски. Хозяин поднял стакан и слегка улыбнулся:
- Твое здоровье.
- И твое.
Мы выпили. Митос подошел ко мне.
- Ну, как тебе Париж?
- Весьма своеобразный город.
- Да. Но не более, чем другие.
Митос опустился рядом со мной на диван.
- Можно один вопрос?
- Конечно.
- Ты ведь не из Америки?
Мужчина повернул голову и посмотрел на меня. Я внутренне вздрогнула, но потом напомнила себе, что при всей своей уникальности, мысли мой герой читать не умеет. Я посмотрела ему в глаза и ответила:
- У каждого из нас есть свои тайны.
И тут же улыбнулась, что бы это прозвучало не слишком серьезно, и не навело моего кавалера на мысль, что я знаю о нем больше, чем нужно. Я потянулась к журнальному столику, что бы поставить на него пустой бокал, и, усаживаясь обратно, как бы невзначай, задела мужчину плечом. Свитер без воротника потрясающе шел к нему, а от прикосновения к упругим мышцам его стройной фигуры у меня по телу пробегали мурашки. Голос Митоса вывел меня из сладкого оцепенения:
- Позвони Аманде.
- Что?
- Помнишь листочек с телефонами? Найди его и позвони Аманде.
Я встрепенулась и почувствовала неловкость от своей забывчивости.
- Да, да, конечно. Где у тебя телефон?
Он молча указал мне направление. Я сняла трубку и набрала номер Аманды. После пяти или шести безответных гудков я поняла, что там никого нет. Пришлось звонить на яхту. Трубку взял Маклауд. Я поморщилась про себя: не хотелось ставить его в известность о своих отношениях с Митосом. Не хотелось ,что бы Горец догадался о моих чувствах к его другу. Но выхода не было - не предупредить Аманду было бы некрасиво. Она подошла к телефону через несколько секунд:
- Аманда, привет. Это Дженни.
- Привет, подружка. У тебя все в порядке? Ты откуда звонишь?
- От Митоса, то есть, от Адама. Ну, ты поняла.
- О! Это здорово! Я ждала тебя до десяти, потом пошла к Маку. Написала тебе записку, ключ положила под коврик. Если соберешься домой затемно, попроси Адама проводить тебя.
- Хорошо, попрошу. Только я не представляю, сколько еще пробуду здесь.
Тут я почувствовала на себе его взгляд, и, посмотрев на Митоса, увидела, что он смеется. Я тут же отвернулась, потому что покраснела до ушей: я совершенно не прозрачно выдала свои намерения. А еще я поняла, что произнесла вслух имя, которое не должна была произносить, и теперь придется как-то выкручиваться.
- Хорошо, Дженни, желаю вам повеселиться. Если что, ключ под ковриком. И не ходи одна. В крайнем случае, вызови по телефону такси.
- Спасибо, Аманда, я все поняла.
- До встречи.
- Пока.
Я опустила трубку на рычаг, и с трудом заставила себя посмотреть на хозяина гостиной. С объяснениями решила не тянуть.
- Аманда упомянула имя Митос в разговоре - сказала, что это твое второе имя. Мне понравилось, оно тебе идет.
Мужчина улыбнулся и подошел ко мне совсем близко:
- Я рад, что тебе нравится. Хочешь еще выпить? Мне кажется, тебе не мешает чуть - чуть расслабиться.
По инерции я насторожилась:
- Зачем?
- Что бы комфортно себя чувствовать.
Митос взял мой бокал и, подойдя к бару, наполнил его вином. Он шел ко мне через комнату, и я смотрела на него не отрываясь.
- Это нужно тебе. Я в любой момент могу отвезти тебя домой.
Он протянул мне бокал, а я все смотрела в его завораживающие темно-карие глаза, осознавая, какую беспредельную власть они имеют надо мной в эту минуту. Я пригубила вино. Ощущая мое состояние, этот опытный и умный мужчина не стал торопить события. Он отошел к книжному шкафу:
- У меня есть интересные книги, хочешь посмотреть?
Упоминание о книгах сразу меня отрезвило. Я вспомнила о дневниках Митоса, и опять вспыхнула надежда их найти.
- У меня есть книги по истории разных стран и городов. О Париже в том числе. - Хозяин этого богатства отодвинул стекло и сделал приглашающий жест, - поройся, если тебе интересно, а я пойду, сделаю кофе.
Дневников я, к своему сожалению, не обнаружила, но красочные альбомы соблазнили меня яркими обложками, и я с интересом окунулась в их изучение. Взяв с собой несколько штук, я села на диван. Рассматривая прекрасные виды Австралии, я даже забыла о Митосе, пока не почувствовала его руку на своем плече. Я вздрогнула и подняла голову.
- Кофе готов. Что ты хочешь: молоко, сливки, сахар?
- Черный, с лимоном и сахаром, если можно.
Митос наморщил лоб:
- Кажется, у меня нет лимона.
- Тогда просто черный.
- О'кей.
Я улыбнулась гостеприимному хозяину и, сложив альбомы, положила их недалеко от себя. Митос вышел из комнаты и вскоре вернулся с подносом в руках. Он поставил поднос на журнальный столик и сел на диван рядом со мной. Митос потянулся за миниатюрной чашечкой на блюдце и подал этот фарфоровый шедевр мне. Пока мы пили кофе, я думала о том, что вот сейчас я должна осуществить то, ради чего, собственно, я и пришла сюда - сблизиться с человеком, который водил меня по Парижу, чьим блестящим умом и образованностью я восхищалась в эти два дня, угадывая за скупыми фразами не просто историю, а жизненный опыт. Вот и сейчас я понимала, что не говоря мне «нет», свободу выбора он полностью оставил за мной. То, что нужно действовать или уходить, я скорее чувствовала, чем понимала, и то, что я сделала в следующий момент, удивило меня саму: я повернулась и поцеловала Митоса в плечо. Не знаю, что он об этом подумал, ведь мы были знакомы всего два дня, но и рассказать ему, что я на самом деле знаю о нем, я не могла. Вернее, не хотела: пришлось бы опять сочинять небылицы, а это не так приятно. Пусть все будет так, как есть. В конце концов, я сейчас во Франции и могу позволить себе расслабиться в этом раскрепощенном царстве любви. После того, как я сделала первый шаг, мой возлюбленный повел себя, как настоящий мужчина и помог мне. Он повернулся ко мне, легонько приподнял пальцами мой подбородок и, наклонившись, нежно и ненавязчиво поцеловал меня. Это было божественно - до сих пор мои губы не знали более сладкого поцелуя. Его длинные, красивые пальцы ласкали мое лицо, и я закрыла глаза, что бы не упустить ни секунды из сбывшейся мечты. Он склонился надо мной, я подалась чуть назад и обвила руками его лебединую шею. Он склонялся надо мной все ниже, пока я не легла на диван. Что - то сильно давило мне в бок, и я поморщилась. Митос улыбнулся:
- Что такое?
- Кажется, подо мной что-то есть, - недовольно пробурчала я.
Митос осторожно просунул руку между мной и диваном.
- Это альбомы. Приподнимись чуть-чуть...
Я прогнула спину и слегка застонала от неудобной позы.
...все готово!
Митос медленно вынул альбомы и положил их на пол рядом с диваном.
- Ну, ты ловкач!
- Стараюсь, - усмехнулся мужчина. - Надеюсь, мои дальнейшие действия так же тебя не разочаруют.
Я покраснела. Митос улыбнулся и поцеловал меня. … Он сказал правду: он действительно меня не разочаровал. Он был так нежен, ласков и умел, что можно было сойти с ума. От его нежных прикосновений по моему телу пробегала дрожь. Когда его античное лицо склонялось надо мной, мне казалось, что это очередная серия фильма, что все это происходит не со мной, но я старалась отогнать это ощущение, что бы целиком и полностью отдаться этому прекрасному моменту, что бы без остатка вобрать его в себя. Его красивые и умные глаза жили какой - то своей жизнью, посылая мне откуда - то из глубины теплый, мерцающий свет. Это было потрясающе и ни на что не похоже. От удовольствия я полностью расслабилась и вытянула руки за головой. Митос приподнялся надо мной и провел ладонями по моим рукам, по бокам, плавно перешел на линию бедер и ног. Он был, словно скульптор, пробующий на ощупь свое произведение - ласково и осторожно. Иногда, в моменты наивысшего напряжения, в его глазах и лице пробуждались древние инстинкты, и я замирала от страха, боясь появления безжалостного всадника смерти. Но это был сладкий страх - он мог делать со мной все, что угодно. Я находилась между реальностью и фантазией, между верой и неверием, между страхом и наслаждением. Я находилась между двумя мирами, и это было самое удивительное, что вообще со мной когда - либо случалось. У меня никогда не было такого мужчины, у меня никогда не было такой любви. Мне казалось, что все пять тысяч лет, прожитых Митосом, находятся сейчас здесь, и я пролетаю в его объятиях через века и тысячелетия. Я лечу и, остановившись в древности времен, останусь там навсегда. Но вот Митос обнимал меня, и полет начинался снова. Я знала, что он не бросит меня и не даст мне пропасть. Я любила его, и эта ночь, похожая на черную дыру ,выдавала из своего бездонного колодца нескончаемый поток разных, незнакомых мне доселе ощущений. Я не знала, что будет дальше, но эту сказочную, почти мистическую ночь я не променяла бы ни на что. ...Полет закончился. Я проснулась, когда яркое осеннее солнце смело светило в окно. Я лежала на диване, прикрытая верблюжьим пледом, а с кухни доносился аромат свежесваренного кофе. Я встала и, взяв со стула свою одежду, предусмотрительно собранную Митосом, пошла в ванную. Умывшись и приведя себя в порядок, я прошлепала на кухню. Митос готовил завтрак. Я подошла к нему сзади и положила руки ему на плечи.
- Доброе утро.
- Привет. Хочешь кофе?
- Конечно.
Мне очень хотелось поцеловать его красивую шею, но я почему - то стеснялась. Наконец, я набралась храбрости и слегка прикоснулась губами к его плечу. Из тостера выскочила очередная порция поджаренного хлеба, и Митос выложил его на тарелку, где уже красовалась аппетитная горка хрустящих тостов. Он поднял блюдо и большой кувшин свежевыжатого апельсинового сока и поставил на стол. Щелкнула кофеварка, я взяла кофейник и примостила его рядом с соком. К этому времени на столе уже красовалась миска с горячими круассанами, за которыми Митос спускался в булочную напротив пока я спала, и ваза с фруктами. Несколько баночек с джемом и масло дополняли картину. В общем, нас ждал типичный французский завтрак, являвшийся повседневностью для моего возлюбленного и экзотикой для меня. Мужчина поцеловал мне руку и пригласил к столу:
- Прошу!
- Спасибо.
Я улыбнулась и с удовольствием принялась за завтрак. Несколько минут мы ели молча. Потом моя благодарность за потрясающую ночь, перекрывая стеснение, вырвалась наружу:
- Знаешь, мне было очень хорошо этой ночью.
- Мне тоже, - галантно ответил мой кавалер, чуть улыбнувшись своей обаятельной улыбкой.
Когда он так улыбался, я не могла оторвать от него глаз. Митос намазывал масло на поджаренный тост.
- Расскажи что - нибудь о себе, - попросил он, - откуда ты?
- Ты уверен, что я не из Америки?
Митос усмехнулся:
- Я хорошо разбираюсь в акцентах.
- Тогда ты первый. Расскажи, откуда ты. Где ты родился?
Бессмертный помедлил с ответом. Я решила ему помочь.
- Твое второе имя похоже на греческое, а профиль похож на профиль древнеримского полководца.
- В моем роду были и полководцы, - Митос опять улыбнулся и налил в наши стаканы новую порцию апельсинового сока. - Я родился на Крите.
Я радостно всплеснула руками:
- Почти угадала! - и спросила, надкусив бутерброд, - а какой он, Крит? Я никогда не была там. Наверное, он зеленый?
Митос встал и открыл холодильник:
- Это очень красивый остров, - он захлопнул дверцу, достав содовую, - темные скалы перемежаются там с цветущими садами, а яркое солнце отражается в слепяще - синем море.
- Как прекрасно... Хотела бы я побывать там.
Я вздохнула. Митос улыбнулся, собирая пустые чашки.
- Еще побываешь.
- Ты, наверное, много путешествуешь? - мой вопрос был наполовину проявлением истинного интереса, наполовину способом задержать разговор на своем собеседнике и отвести расспросы от себя.
- Бывает, что и путешествую. Но в последнее время мне это слегка надоело.
- Счастливый ты.
Митос повернулся ко мне:
- А ты так и не скажешь, откуда приехала?
Я пожала плечами:
- Хочу пережить эти счастливые дни инкогнито.
Митос усмехнулся:
- Вообще - то, у меня есть догадки, но раз ты не хочешь, говорить не буду.
- Спасибо.
- Сколько ты еще рассчитываешь пробыть в Париже?
- Не знаю... Пару дней. Но ты, естественно, не обязан проводить их со мной.
Мужчина подошел ко мне сзади и, наклонившись, поцеловал в шею.
- Буду рад, если ты не откажешь мне в этом.

Два обещанных счастливых дня растянулись на неделю. Мы вставали в 12 пополудни, и после завтрака, совмещенного с обедом, выходили на улицу. Гуляли по Парижу и окрестностям до позднего вечера, а вернувшись домой, волшебно и нежно занимались любовью. Я побывала в Версале, широко раскрыв глаза, восхищалась сказкой Диснейленда. В сопровождении своего ненавязчивого экскурсовода обошла половину кафе и ресторанчиков города. В Митосе чувствовался класс, и это определялось сразу, хотя, вроде бы, ничего особенного в нем нет. Ничего особенного, но в крепкой, хоть на первый взгляд, и не примечательной фигуре, длинной шее, носе с горбинкой и глубоких карих глазах проступала порода. И вот с таким, порой веселым, порой задумчивым Митосом я общалась всю неделю. И это общение доставляло мне истинное удовольствие.

Наступил день, когда я решила, что нужно уезжать. Надо было покинуть этот реальный и нереальный мир, пока он не затянул меня настолько сильно, что сил выбраться уже не будет. Искушение остаться было велико. Но что - то мне говорило, что оставаться не стоит. По крайней мере, здесь. На свете много прекрасных мест, а так же людей, с которыми мне хотелось бы познакомиться. Так я и сказала Митосу. Он улыбнулся:
- Жизнелюбие и любопытство - это то, что не дает нам состариться. В тебе это есть, ты молодец. Ты идешь навстречу своим желаниям, хоть тебе и бывает страшно. Я прав?
Я усмехнулась и пихнула его в плечо:
- Мог бы и не заметить, - потом уже серьезно: - Спасибо тебе. Спасибо за все.
Я положила ему руку на плечо, а потом нежно обняла. Мы стояли посередине комнаты. Было утро, немногим больше десяти, но мы уже встали и оделись.
- Когда ты хочешь уехать?
Я грустно усмехнулась:
- Лучше скажи «выскочить»... Сегодня вечером. Боюсь, после еще одной ночи с тобой моя решимость может улетучиться.
Митос взялся за телефонную трубку:
- Тогда надо пригласить Аманду и Дункана на прощальный обед.
- Да, конечно.
Всю эту неделю я жила у Митоса, и воспользовалась ключом под ковриком только один раз, что бы забрать свой небольшой баульчик. Но, не смотря на то, что я звонила Аманде почти каждый день, я почему - то чувствовала вину перед ней. Митос набрал номер и, дождавшись ответа, передал трубку мне.
- Привет, подруга. Сегодня вечером я уезжаю, хочу пригласить вас с Дунканом на обед. Посидим в каком-нибудь небольшом, уютном местечке. Хорошо?
- Да, конечно. Только, знаешь что? Я сейчас пройдусь по магазинам, а потом пойду к Дункану. Как ты смотришь, если примерно через пару часов мы встретимся на барже ?Я все равно хотела приготовить обед.
- О'кей. Я помогу тебе, и мы изобразим что-нибудь вкусное. Что мне принести?
- Я куплю то, что задумала, а ты принеси зелень и что-нибудь на десерт.
- Хорошо. А какую зелень?
- Салат, редис, лук, укроп и можно еще петрушку или кинзу.
- О'кей. До встречи на барже. Похоже, ты готовишь сюрприз.
Аманда засмеялась:
- Да, это я умею, - и, помолчав немного, добавила: - А знаешь, мне жаль, что ты уезжаешь.
- Мне тоже.
- Ну, чао.
- Пока.
Итак ,мое чудесное приключение закончится там же, где и началось - на барже знаменитого Горца. Но любила я не его, а стоящего в тени Митоса, не однозначного, и не всегда героя ,но мужественного и мудрого, прожившего пять тысяч лет и порой совершающего ошибки, как и все мы. Не всегда уверенного в себе и иногда беззащитного. Я любила его, потому что он был обыкновенным человеком, сумевшим подобрать ключ к своей необыкновенной судьбе.

Обед прошел прекрасно. Моей душе было тепло и хорошо. Аманда приготовила чудесного морского окуня с картофелем и луковым соусом, которого мы запивали первоклассным «Дом Периньон», а Дункан добавил нежнейшую свинину на ребрышках с зеленым горошком, салат из свежих овощей, приготовленный мной собственноручно, и десерт, который принесли мы с Митосом - свежайшие шоколадные кексы, клубника со сливками, желе из красной смородины и мороженое. А под занавес - кофе с коньяком и мятный ликер. Мы сидели, уютно устроившись на диване, разговаривали, смеялись. Я делилась своими впечатлениями о Париже, Аманда рассказывала какие - то смешные истории, Дункан ухаживал за нами, разливая напитки, а Митос сидел напротив меня, и когда он улыбался, его глаза наполнялись мягким, мерцающим светом.

Пришло время прощаться. Мы сошли с баржи. Я поблагодарила за все своих новых друзей. Дункан поцеловал меня и пригласил в гости, когда я в следующий раз приеду в Париж. Мы обнялись с Амандой. Она тоже поцеловала меня.
- Жаль, что ты уезжаешь так скоро. Удачи тебе, подружка. И я рада, что у тебя все получилось. - Она подмигнула мне, и лицо ее осветилось улыбкой, смысл которой был понятен только нам двоим. Тут подъехало заказанное такси, я еще раз тепло простилась со всеми, и мы с Митосом сели в машину.
- Хорошо, что ты не за рулем, - сказала я и положила голову ему на плечо, - я могу побыть с тобой еще немного.
Мужчина обнял меня.
- Все хорошее быстро заканчивается, да? - с сожалением произнесла я.
- Да. - Митос поцеловал меня. - Я не хотел бы сейчас расставаться с тобой.
- Я тоже,но...
Митос улыбнулся:
- Знаю, тебе надо «выскочить». Страны и континенты ждут тебя. Знаешь, детка, ты добьешься всего, чего хочешь, только будь смелее и настойчивее, и еще - умей вовремя уйти, когда грозит опасность.
- Хорошо. Я запомню это. - Я повернулась к бессмертному, и, как в первый наш вечер, поцеловала его в плечо, - Спасибо тебе.
Такси затормозило около аэропорта «Орли». Мы вышли, Митос расплатился и взял мою сумку. У регистрационной стойки я обняла его за талию и уткнулась лицом ему в грудь.
- Прощай, милый.
- Не надо так мрачно, мы можем еще встретиться. Не в Париже, так где-нибудь еще. Да, у меня есть кое - что для тебя. Будет что почитать в дороге.
Из кармана плаща мой возлюбленный достал тетрадь в кожаном переплете. Я взяла ее руки:
- Что это?
- Кое - какие записи.
От волнения у меня перехватило дыхание:
- Это, это...твои дневники? - я спросила осторожно, словно сомневаясь и боясь поверить такой удаче. Это была лишь одна небольшая тетрадка, но все же.
Митос пожал плечами:
- Тут кое - что о Крите, описания, впечатления. Не много, но надеюсь, тебе будет интересно. Эти записи сделаны на английском языке, а самые трудные места я перевел, что бы тебе было полегче.
Я пребывала в восхищении:
- Спасибо!.. Мне будет очень интересно. Начну читать сразу, как сяду в самолет.
Тут второй раз объявили о регистрации на рейс, и, привстав на цыпочки и поцеловав Митоса, я шагнула к стойке. Когда я в последний раз обернулась, он вынул руку из кармана своих синих джинсов и помахал мне.

Я поднялась по трапу красивой стальной птицы с надписью AirFrance на борту и, следуя указаниям улыбчивой стюардессы, заняла свое место. Я вынула из сумки тетрадь и с трепетом открыла ее - уже на первой странице был вложен листочек с переводом выделенного абзаца. Запись на листочке была сделана на русском языке. Я улыбнулась, почувствовав в груди знакомое тепло - чувство любви и благодарности - и, крепко прижав к себе тетрадь и откинувшись на спинку кресла, в последний раз посмотрела на город, подаривший мне сказочную неделю счастья. Я закрыла глаза, почувствовала, как стюардесса защелкнула на мне ремни безопасности и, глубоко вздохнув, приготовилась взлететь.
запись создана: 30.05.2013 в 23:16

@музыка: www.youtube.com/watch?v=IDKDQ6q5_a0